Винсент хлопнул дверью особняка отца так, что штукатурка посыпалась. Богатый старик мог подавиться своими деньгами. Кэсси молча собирала вещи, пока он швырял в коробки инструменты кукольника. Эдгар сидел на чемодане и рисовал. Рабочий квартал встретил их запахом мусорных баков и граффити на стенах. Четвертый этаж без лифта. Винсент таскал коробки, матерился вполголоса. Детское шоу приносило копейки, но куклы получались живые, настоящие. Он лепил их ночами, когда Кэсси уже спала, отвернувшись к стене. Эдгар рисовал странное существо. Большеголовое, с торчащими ушами. Назвал его Эриком. Показывал отцу, тот кивал, не глядя. Кэсси кричала из кухни что-то про неоплаченные счета. Винсент огрызался. Тарелки летели в стену все чаще. Мальчишка перестал приходить из школы вовремя. Потом вообще не пришел. Полиция разводила руками. Соседи качали головами. Винсент не спал третью ночь, вырезал из поролона уши, клеил мех на огромную голову. Эрик получился как с рисунков сына. Уродливый и трогательный одновременно. Камера. Свет. Начали. Винсент двигал новую куклу между старыми персонажами. Эрик махал лапой с экрана. Телефоны в студии разрывались. Дети узнавали чудище откуда-то из своих снов или фантазий. Рейтинги поползли вверх. Кэсси собрала вещи окончательно. Винсент остался с куклами и пустой детской. Эрик смотрел на него с полки стеклянными глазами.